Ближе к осени, как мне кажется, начинают шевелиться мозги. 
У нас книжки, у зверей — разные там активности и подготовки. 

Летом невозможно насытиться. В этом — смысл лета. Мы даже считаем себя по летам, а не по зимам может ещё и потому, что именно лета пролетают гораздо быстрее. 

Когда не было возможности, хотел купить маленький домик в Крыму. Сейчас возможность есть, но так много лета уже особо и не хочется. Его должно быть столько, сколько должно. Так моим мозгам полезно.

В результате потепления климат в Ленинградской области сейчас такой же, как был в Минской области во времена моего детства. За равноправные периоды в течении года мозги успевают пообщаться с сердцем ровно столько, сколько нужно. Если бы они были слишком болтливы, им лета бы не хватало и, наверняка, под звук пушкинских комаров и мух давно бы расплылись в неторопливых солнечных лучах.

Август — это не только холодок разлук и запах жареных кабачков. Это ещё желание прижимать к себе всё самое понравившееся.
Вдавливать в себя. Не отпускать. Не давать свободу. Носить с собой до тех пор, пока не переваришь или, что ещё хуже, пока не надоест.
Высокое прекрасно-ужасное качество сурков, хомяков и любых собственников, не состыкующееся с современными взглядами.

Консерватор — это не обязательно тот, кто консервирует продукты. Это ещё и каждая живая душа в конце лета, готовящаяся к долгому ожиданию весны.

Сегодня я за август. За всё традиционное. За долгое ожидание и даже скуку. За всё, что сохраняет и накапливает. За тяжесть, груз и бремя. За ношу, гнёт и пояс. За объем, масштаб и ёмкость.

За мозги. И за много.
Но только в августе.

Художник Дмитрий Кустанович. Пасмурный летний день, 60х70 см, 2016